Когда распределенный реестр может перестать быть достоверным

Чем различаются блокчейн и распределенный реестр

Распределенный реестр – это база данных, которая распределена между несколькими сетевыми узлами или вычислительными устройствами. Каждый узел получает данные из других узлов и хранит полную копию реестра. Обновления узлов происходят независимо друг от друга.

Ключевая особенность распределенного реестра — отсутствие единого центра управления. Каждый узел составляет и записывает обновления реестра независимо от других узлов. Затем узлы голосуют за обновления, чтобы удостовериться, что большинство узлов согласно с окончательным вариантом. Голосование и достижение согласия в отношении одной из копий реестра называется консенсусом, этот процесс выполняется автоматически с помощью алгоритма консенсуса. Как только консенсус достигнут, распределенный реестр обновляется, и последняя согласованная версия реестра сохраняется в каждом узле.

Технология распределенного реестра существенно уменьшает затраты на доверие. Использование распределенных реестров поможет уменьшить зависимость от банков, государственных органов, юристов, нотариальных контор и регламентирующих органов. Пример распределенного реестра — платформа Corda от R3.

Распределенные реестры представляют новую парадигму сбора и передачи информации. Они способны в корне изменить способы взаимодействия между физическими лицами, предприятиями и государственными органами.

Блокчейн

Блокчейн — это один из видов распределенного реестра. Не все распределенные реестры используют последовательность блоков для достижения достоверного консенсуса в распределенной системе защищенным от злоупотреблений способом.

Блокчейн распределен в одноранговой сети и управляется с помощью этой сети. Так как это частный случай распределенного реестра, он может существовать без центральной власти или управляющего сервера, а качество данных в блокчейне обеспечивается репликацией базы данных и доверием, основанном на вычислениях.

Однако структура блокчейна отличается от структуры других видов распределенных реестров. Данные в блокчейне сгруппированы и организованы в блоки. Блоки соединены друг с другом и защищены криптографическими методами.

В сущности, блокчейн — это постоянно растущий реестр записей. В блокчейн можно только добавлять данные. Нельзя удалять или изменять данные, сохраненные в предыдущих блоках. Поэтому технология блокчейн хорошо подходит для записи событий, управления записями, обработки транзакций, отслеживания операций с активами и голосований.

Впервые технология блокчейн была применена в криптовалютах, таких как Биткойн. Взрывной рост Биткойна в конце 2017 года и последовавший за этим ажиотаж в СМИ привлекли общественное внимание к криптовалютам. Теперь правительства, коммерческие организации, экономисты и энтузиасты ищут другие способы применения блокчейн-технологии.

Вывод

Каждый блокчейн — это распределенный реестр, но не каждый распределенный реестр — блокчейн. Оба этих понятия подразумевают децентрализацию и достижение консенсуса между узлами. Кроме того, в блокчейне данные организованы в блоки, и разрешено только добавлять новые данные. Распределенные реестры в целом и блокчейн в частности представляют собой концептуальные прорывы в управлении данными, которые наверняка найдут применение в каждой отрасли экономики.

О РАСПРЕДЕЛЕННОМ РЕЕСТРЕ И ВОЗМОЖНОСТИ ЕГО ПРИМЕНЕНИЯ

В статье описываются преимущества технологии распределенного реестра для применения в существующей финансовой системе. Актуальность данной статьи состоит в том, что технология представляет собой перспективную возможность для развития финансовой системы в части снижения издержек и повышения ее эффективности. Дается краткое определение терминов распределенного реестра, блокчейна, биткойна и майнинга. Выделяются и описываются характерные особенности технологии распределенного реестра. На основании определений описывается принцип работы распределенного реестра, блокчейна, биткойна и майнинга. Проводится сравнение наличных денег и криптовалюты биткойн. В тексте статьи рассматриваются возможности применения технологии распределенного реестра для проведения процессов клиринга, платежей и расчетов, в том числе способов перевода денежных средств, расчетов за товары, по ценным бумагам и производным финансовым инструментам. А также приводятся статистические данные использования криптовалют на примере их капитализации, цены, денежной массы и объемах сделок, представленных за 24 часа, 7 и 30 дней. Упоминаются новые рекорды в объеме сделок для таких стран как США, Китай, Украина и спад в России. Помимо статистических данных, предоставляется информация о типах систем распределенного реестра, с примерами и сравнением между различными типами этих самых систем. Описываются процессы перевода денежных средств, операции с товарами, ценными бумагами и производными финансовыми инструментами с использованием современной инфраструктуры финансовой системы. И предоставляется контрастное сравнение того, как бы проходил процесс с использованием технологии распределенного реестра. Делается вывод о перспективе технологии распределенного реестра над его недостатками с точки зрения операционной, технической, финансовой и юридической стороны. Перспективой реализации технологии распределенного реестра может стать повышение эффективности платежей, клиринга и расчетов, а в долгосрочной перспективе технология распределенного реестра способна устранить большинство недостатков современной системы на финансовом рынке.

Ключевые слова

Об авторах

Финансовый университет
Россия
Финансовый университет
Россия

Список литературы

1. Mills D., Wang K., Malone B., Ravi A., Marquardt J., Chen C., Badev A., Brezinski T., Fahy L., Liao K., Kargenian V., Ellithorpe M., Ng W., Baird M. Distributed ledger technology in payments, clearing, and settlement. Washington, D.C., 2016, pp. 6, 10-12.

2. Hancock M., Vaizey E. Distributed Ledger Technology: beyond block chain. London, 2016. 5-6 p.

3. Nakamoto S. Bitcoin: A Peer-to-Peer Electronic Cash System. 2008. 4 p.

4. Fork А. Bitcoin. More than money. The Alexander Gritsenko production center. 2014, pp. 11-12.

5. Vance A. Bitcoin Mining Chips, a High-Tech Arms Race. Bloomberg, 2013. URL: https://www.bloomberg.com/news/articles/2013-11-14/2014-outlook-bitcoin-mining-chips-a-high-tech-arms-race (accessed: 10.03.2017).

6. Ron D., Shamir A. Quantitative Analysis of the Full Bitcoin Transaction Graph. Rehovot, 2012, p. 3.

Десять барьеров на пути распределенных реестров

В числе основных препятствий на пути массового применения распределенных реестров — сложности с выбором конкретного типа реестра и разработкой масштабируемых протоколов консенсуса, способных надежно обеспечить публичную верифицируемость.

28.08.2018 Сара Мейклджон

• Ключевые слова / keywords:
• Распределенные реестры
• Distributed Ledgers

Ни одна из существующих платформ распределенных реестров не идеальна — каждая обеспечивает лишь определенный набор компромиссов, между которыми придется делать сбалансированный выбор в зависимости от конкретной задачи.

В январе 2009 года некто Сатоши Накамото представил миру Bitcoin, а затем эта криптовалюта и технология ее поддержки — блокчейн — пошли по пути взлетов и падений. После ряда лет появилось понимание того, что блокчейн можно применять шире: начали появляться платформы «следующего поколения» — Ethereum, Steem, Zcash и другие. В крупных компаниях увидели ценность блокчейна — его устойчивость, целостность и т. д. — и начали адаптировать эту технологию для различных отраслей, создав целый класс распределенных реестров и сформировав вокруг них ряд отраслевых консорциумов, в том числе R3 и Hyperledger. Распределенные реестры могут в различной степени отличаться от блокчейнов и иметь более легкую судьбу благодаря участию крупных игроков рынка. Тем не менее распределенным реестрам придется преодолеть много препятствий, чтобы стать по-настоящему эффективными и долговременными решениями.

Перечислим десять главных препятствий на пути распределенных реестров и действия, которые можно предпринять для их преодоления.

10. Удобство применения: зачем?

Проблема. Нынешние распределенные реестры не имеют удобных интерфейсов, и без специальных знаний их сложно применять. Разумеется, это проблема любых новых технологий, и можно рассчитывать на ее решение в дальнейшем и, соответственно, на более широкое использование. В этом отношении можно вспомнить реляционные СУБД и последующее появление для них графических пользовательских интерфейсов. Интереснее рассмотреть другой вопрос: а что именно конечные пользователи хотят от распределенных реестров? Задачи, для которых сегодня применяется криптография, ясны всем: если вы хотите скрыть содержание беседы с кем-то, пользуйтесь шифрованием. А какие задачи и желания конечных пользователей могут выполнить распределенные реестры с их полной публичной верифицируемостью, отчетностью, неизменяемостью и т. д.?

Возможные решения. Имеются исследования, в рамках которых изучалось восприятие биткойна пользователями, но в более широком смысле удобство применения распределенных реестров и отношение к ним практически не изучались. Может быть, большинству рядовых пользователей вообще нет дела до свойств распределенных реестров. Однако, учитывая рост количества пользователей, уже взаимодействующих с бокчейн-платформами, а также вероятность того, что распределенные реестры станут выбором для потребителей, ценящих прозрачность цепочки поставок, целесообразно было бы изучить, какие конкретно преимущества можно получить путем использования этих новшеств.

9. Руководство: кто определяет правила?

Проблема. Преимущество распределенных реестров в том, что ни один объект цепочки не может контролировать решения, принимаемые сетью; в случае биткойнов, например, они генерируются или пересылаются между узлами, только если большинство равноправных участников сети согласятся, что такое действие разрешено. Процедура согласования становится уязвимой, когда у одного участника появляется слишком много полномочий, но по поводу таких децентрализованных сетей есть и более серьезный вопрос: кто изначально должен решать, какие действия разрешены? Все подобные сети подчиняются определенному набору правил, и выбор того, кто их разрабатывает, не менее важен, чем выбор тех, кто обеспечивает их применение.

Если рассматривать процесс разработки правил, то даже самые децентрализованные сети окажутся вполне централизованными. Что касается, например, Bitcoin, то темпы добавления новых узлов к цепочке, вознаграждение участников за фиксацию транзакций в реестре и многие другие параметры были установлены создателем криптовалюты и с тех пор не менялись. Единственный параметр, который пользователи предложили поменять, — размер блоков, что привело к многолетним бесплодным спорам. Между тем на сегодня Ethereum пережил уже четыре так называемых жестких форка своей сети — процедуры, после которой участников, по сути, вынуждают перейти на новую версию программного обеспечения для выполнения новых правил, составленных ведущими разработчиками системы. Эти уже почти регулярные коллапсы механизмов управления, лежащих в основе криптовалют, угрожают свести их преимущества на нет. Таким образом, проблема не только в том, что непонятно, как именно управлять реестрами, и что руководство на самом деле централизованное и непоследовательное, но и в отсутствии открытой информации о соответствующих механизмах и распределении. Требуется больше прозрачности, чтобы пользователи криптовалют могли принимать взвешенные решения о собственном уровне участия.

Возможные решения. Проведен ряд исследований, посвященных вопросам сохранения децентрализованности механизмов, обеспечивающих соблюдение правил, — в частности, механизму майнинга без возможности объединения усилий различных сторон. Но если говорить о распределенных реестрах общего назначения, то вопрос о том, как поощрять участников к правильному ведению реестра, остается открытым. Например, непонятно, кто, кроме крупных удостоверяющих центров, пожелает расходовать свои ресурсы на содержание сервера журналирования для проекта Certificate Transparency, который не предоставляет никаких вознаграждений за соблюдение правил.

Что касается выбора самих объектов, отвечающих за разработку правил, то здесь не предложено каких-либо решений. Существует «Клятва Сатоши», перечисляющая обязательства, которые, по мнению ее авторов, должен взять на себя любой создатель приложения на основе блокчейна, однако это не более чем рекомендации. В крупных проектах распределенных реестров, таких как R3 и Hyperledger, решения принимаются консорциумом, а создатели Certificate Transparency выбрали централизованный подход. Однако знания о сравнительных характеристиках различных механизмов руководства отсутствуют, и неясно, как они будут развиваться по мере роста популярности соответствующих платформ.

8. сравнение: какой реестр лучше?

Проблема. Bitcoin был первым, а сегодня альтернатив уже тысячи, и каждая со своими уникальными преимуществами. У Ethereum, например, более мощный язык скриптов и возможность сохранения состояния, Litecoin позволяет создавать блоки быстрее, чем Bitcoin, и каждое новое «первичное размещение монет» (initial coin offering, ICO) обещает очередные блестящие особенности. Существует также немало идей криптовалют с протоколами консенсуса, отличными от «доказательства выполнения работы» (proof of work), а также проекты на базе распределенных реестров, вообще не имеющие отношения к криптовалютам, — например, Certificate Transparency, R3 Corda и Hyperledger Fabric.

Трудность, возникающая в условиях все более плотного рынка, — в том, чтобы понять различия доступных решений и выбрать лучшее для конкретной задачи. Нужен ли вам блокчейн или достаточно обычной СУБД? А может, хватит и Excel? Какие именно качества реестра вам необходимы? Нужна ли, например, публичная верифицируемость? Если да, то для чего?

Возможные решения. В рамках недавних исследований изучались сравнительные характеристики различных криптовалют (например, создание блока в Bitcoin за десять минут и в Litecoin за 2,5 минуты) и влияние этих свойств на безопасность. Выяснилось, в частности, что один и тот же уровень защиты от так называемого эгоистичного майнинга (selfish mining) обеспечивается 37 блоками в Ethereum и 6 блоками в Bitcoin (ввиду относительно низкой скорости создания блоков в обеих платформах).

Что касается распределенных реестров в целом, недавно проводилось сравнение характеристик безопасности Certificate Transparency и Bitcoin. Согласно выводам, если бы нужно было выбирать между ними, то пришлось бы делать выбор между доверием к распределенной сети удостоверяющих центров и потребностью в неэффективной широковещательной рассылке сообщений с использованием протокола консенсуса, основанного на proof of work.

7. Управление ключами: как выполнять транзакции?

Проблема. За годы существования Bitcoin было немало случаев, когда пользователи теряли все свои цифровые деньги, так как выбрасывали жесткий диск, забывали пароль или не принимали необходимых мер по защите кошелька; в худшем из известных случаев потеря составила 7,5 тыс. биткойнов. В подобных ситуациях вернуть утраченное нельзя — из-за необратимости транзакций и невозможности расшифровки данных. Широко освещался пример, связанный с Decentralized Autonomous Organization — «умным» контрактом Ethereum, созданным в качестве механизма коллективного инвестирования. Для разрешения ситуации пришлось вмешаться разработчикам Ethereum, которые, чтобы возместить ущерб, настояли на очередном «хардфорке» системы.

Хотя подобные инциденты имеют серьезные финансовые последствия, они не удивляют, в связи с нерегулируемостью «мира Дикого Запада» криптовалют. Существуют предложения о расширении использования криптовалют — например, о включении биткойн-кошельков в дистрибутивы Linux, в результате чего они попадут в руки менее опытных пользователей, меньше подготовленных к упомянутым рискам. Поэтому необходимы более надежные решения, которые позволили бы избежать утраты и хищения ключей.

Возможные решения. В Bitcoin широко используется метод мультиподписи: создается групповой кошелек, а для расходования средств из него требуется одновременно получать несколько электронных подписей, число которых задается в настройках. Неплохую защиту от утраты ключей обеспечивает Bitcoin-адрес с тремя участниками, когда для одобрения действий по управлению кошельком требуются две подписи: даже если один ключ утерян, средства в кошельке остаются доступными, а для хищения атакующему нужно будет получить доступ сразу к двум ключам. Можно было бы также воспользоваться разделением секрета, когда ключ известен какому-то числу друзей (или устройств), которым можно доверять и которые поделятся информацией в случае утраты ключа. Но при использовании обоих этих решений требуется понимать, соответствует ли модель угрозы, при которой они действенны, сценариям, в рамках которых предполагается распространять, хранить и использовать ключи. И в любом случае сегодня нет решений, которые позволили бы участнику вернуть средства так же легко, как можно, например, получить доступ к учетной записи, если вы забыли пароль.

6. Гибкость: какими алгоритмами пользоваться?

Проблема. Как уже обсуждалось, во многих криптовалютах правила «спускаются сверху». Например, в Bitcoin адреса подсчитываются согласно жестко заданной процедуре — путем использования серии криптоалгоритмов, включая хеширование SHA-256, RIPEMD-160 и др. Ведущие разработчики Ethereum между тем готовятся перейти на протокол доказательства доли владения (proof-of-stake) — новый протокол консенсуса вместо нынешнего Ethhash. Когда протокол изменят, у участников не будет иного выбора, кроме как согласиться с этим, чтобы продолжать пользоваться криптовалютой.

Помимо проблем руководства, обусловленных жесткостью спецификаций, есть другие, связанные с тем, что криптоалгоритмы подвержены взлому. Со временем компьютеры станут достаточно мощными, чтобы взломать SHA-256, и это позволит любому переписать всю историю блокчейна, защищенную лишь хешированием. Когда такая опасность возникнет, у разработчиков, скорее всего, будет достаточно времени, чтобы перейти на более защищенные альтернативы, однако неплохо было бы уже сейчас предоставить пользователям варианты выбора, как это сделано с протоколами наподобие TLS. Но, как и в случае последнего, гибкость может позволить осуществлять опасные атаки, поэтому также нужны четкие разъяснения, как именно обеспечивается гибкость и с какими криптографическими примитивами поддерживается. Пожалуй, безопаснее будет не позволять пользователям выбирать из нескольких алгоритмов, а разрешать им выбирать протокол консенсуса для своих транзакций в зависимости от того, насколько они доверяют в сделках сторонам и операторам системы.

Возможные решения. Почти все криптовалюты характеризуются фактически нулевой гибкостью — для каждого криптоалгоритма существуют только одна допустимая реализация и единственный способ достижения консенсуса. Исключение, пожалуй, составляет лишь Ethereum, технически позволяющий в умном контракте закодировать любой криптоалгоритм (независимо от надежности) путем включения в него произвольной библиотеки. Тем не менее базовые криптомеханизмы проверки, выполняемой участниками сети для верификации транзакций, и протокол консенсуса заданы так же жестко, как и в других криптовалютах.

Не обремененные идеологическими установками создателей криптовалют, отраслевые проекты распределенных реестров более гибкие. В Corda, например, пользователь при составлении контракта может выбирать алгоритмы из доступного перечня. В Hyperledger Fabric участники могут подключить собственный протокол консенсуса. Но при этом не ясно, как сочетаются различные варианты.

5. Интероперабельность: как взаимодействовать реестрам?

Проблема. Существуют идеи создания единого глобального распределенного реестра наподобие Интернета и платформы общего назначения, поддерживающей большинство известных реестров. Но все же более вероятно, что различные организации будут пользоваться разными реестрами в зависимости от своих конкретных потребностей. Например, финансовые приложения с большей вероятностью будут пользоваться платформами наподобие Corda и Hyperledger Fabric, а для случаев, когда нужна полная открытость, больше подойдет нечто вроде Bitcoin или Ethereum.

Чтобы реализовать обещанную распределенными реестрами перспективу изменения нынешнего ландшафта разрозненных скоплений данных, нужно обеспечить интероперабельность, позволив различным реестрам «общаться» друг с другом.

Возможные решения. В мире блокчейн-платформ живет идея «сайдчейна» (sidechain) — побочного реестра, в котором можно отражать транзакции основного. Безопасность сайдчейнов пока мало исследована, и хотя идея широко обсуждалась, пользуются ими ограниченно. Предлагаются и другие методы осуществления транзакций между блокчейнами различных криптовалют, но эти решения тоже слабо развиты и большого применения пока не получили.

Вместе с тем известны попытки создать интерфейсы связи между распределенными реестрами и другими источниками данных, например, в рамках проектов Town Crier и Oraclize. Реестры Corda и Hyperledger Fabric поддерживают модульность на уровне протоколов — теоретически возможно взаимодействие между различными реализациями системы, но реальных попыток наладить такое взаимодействие еще не было.

4. Масштабируемость: зачем хранить все транзакции?

Проблема. В пункте 1 обсуждается «масштабирование» времени обработки транзакций по мере роста вычислительной мощности сети. Другая проблема в том, что с ростом популярности системы не должна сильно увеличиваться нагрузка на пользователей в части хранения данных, так как это повышает барьеры входа. Однако с точки зрения безопасности для систем с полной публичной верифицируемостью важно, чтобы записи из реестра не удалялись. Из-за этого требования, например, полный блокчейн в Bitcoin сейчас занимает около 200 Гбайт, ежедневно увеличиваясь почти на 150 Мбайт. То есть основная проблема — как обеспечить необходимый баланс.

Для некоторых применений реестров возможность полного аудита может быть действительно обязательной (например, для выполнения требований законодательства), и нагрузку по хранению данных на участников неизбежно придется повышать. Но для потребительских применений может быть необязательно хранить весь объем транзакций. Можно изменить модель доверия, позволив эпизодическим пользователям перенести нагрузку по аудиту системы на постоянных; последние должны будут хранить реестр в полном объеме, а первые — только ту информацию, которая требуется, чтобы проверить действительность их собственных транзакций.

Возможные решения. Существует разработка, благодаря которой биткойн-кошельки могут работать на смартфонах без хранения реестра целиком, — упрощенный клиент верификации платежей (Simplified Payment Verification, SPV). Такие клиенты получают от полноценных участников и хранят только заголовки блоков из блокчейна, а не все содержимое целиком. Заголовков достаточно для проведения проверки, позволяющей исключить двойное расходование. С помощью полноценного узла SPV-клиент удостоверяется только в том, что определенная транзакция была включена в блокчейн. Таким образом транзакции, в которых заинтересованы SPV-клиенты, раскрываются архивным узлам (хранящим весь реестр), а задачу предотвращения внесения двойного расходования в реестр доверяют майнерам. Такие клиенты получили широкое применение, однако их безопасность, с учетом упомянутых проблем приватности и доверия, оставляет желать лучшего.

Еще одна важная разработка, способная предотвратить включение лишних транзакций в реестр, — платежные каналы, реализованные, например, в сети Lightning. Чтобы открыть такой канал, две стороны создают транзакцию, которая используется для блокировки некоторого объема средств. Затем стороны могут совершить произвольное число транзакций друг с другом (что важно, не записывая их в реестр), а когда они готовы закрыть канал — по причине исчерпания средств или окончания взаиморасчетов, — то размещают для этого в блокчейне еще одну транзакцию. Таким образом, существенно снижается нагрузка на блокчейн по сохранению данных — единственная пара транзакций служит «представителем» произвольного количества денежных переводов. А поскольку эту процедуру можно использовать для разрешения споров, между сторонами сохраняется отсутствие необходимости доверять друг другу. Хотя этот метод представляется перспективным, четкого понимания характеристик безопасности и приватности платежных каналов пока нет.

Еще один многообещающий подход — идея сегментирования (sharding) реестра. Участники избавляются от необходимости хранить транзакции, не имеющие к ним отношения, а также от необходимости знать о них; например, не нужно хранить чужие покупки кофе — только собственные. Хотя при этом индивидуальным пользователям нужно хранить гораздо меньше данных, сам реестр в целом непрерывно продолжает расти.

3. Экономика: Как минимизировать затраты?

Проблема. Bitcoin и его протокол консенсуса на основе доказательства работы широко критикуют. В частности, утверждается, что экосистема Bitcoin расходует электричество, как целое государство, в связи с чем криптовалюту называют «экологической катастрофой».

В этой связи предложено огромное количество альтернативных протоколов консенсуса, часть из которых используется в альтернативных криптовалютах. Например, при использовании протокола proof of stake так называемые валидаторы должны доказывать наличие «доли» в системе путем совершения инвестиции, что служит экономическим фактором, удерживающим от формирования неверных блоков в нарушение правил (для сравнения, в Bitcoin для предотвращения так называемых атак Сивиллы, направленных против процесса майнинга, участники вынуждены расходовать дорогостоящее электричество). Разновидность доказательства доли владения, в которой инвестиция примерно соответствует накопленным за все время койнам, используется в Peercoin и Blackcoin. А в Ethereum в ближайшие два года планируется переход (то есть опять хардфорк) на собственную версию доказательства доли участия — протокол Casper, в котором инвестиция представляет собой страховой депозит, блокирующий часть койнов валидатора на определенный период времени. На блокчейн-платформе Intel Sawtooth Lake применяется протокол доказательства прошедшего времени (proof of elapsed time), опирающийся на защитную технологию SGX. Одно из популярных предложений на базе Bitcoin — Bitcoin-NG — состоит в том, чтобы ограничить использование доказательства работы путем выбора временного «лидера», который может быстро, без выполнения большого объема вычислений, засвидетельствовать индивидуальную транзакцию.

Возможные решения. Существуют десятки публикаций как по доработке существующих протоколов (особенно протокола доказательства долевого участия), так и с предложениями совершенно новых. Тем не менее на сегодня в подавляющем большинстве криптовалют используется какая-то форма proof of work.

Что касается реестров общего назначения, выбор альтернативных протоколов консенсуса для них растет и на сегодня включает и более традиционные, такие как двухфазный контроль завершения транзакции, PBFT (Practical Byzantine Fault Tolerance) и др. Они обычно эффективнее используемых в криптовалютах протоколов доказательства, но их минус в необходимости фиксированной группы известных участников. Само собой, нужны уточнения соответствующих компромиссов и обоснованные сравнения растущего числа протоколов консенсуса для оценки их преимуществ, обеспечиваемых в различных ситуациях.

2. Приватность: как защитить данные?

Проблема. На сегодня выполнен большой объем исследований, направленных на обеспечение анонимности пользователей криптовалют, но мало касающихся приватности. Например, идентификаторы пользователей Bitcoin напрямую не связаны с их личностью в реальном мире, но подробности каждой транзакции, в том числе количество отправляемых биткойнов, полностью открыты. Если в распределенном реестре нужно хранить, скажем, историю болезни, то транзакции будут содержать имя пациента, возраст, обоснование медицинских процедур и т. п. Можно, конечно, шифровать эти данные, предоставляя ключи только тем, кому требуется, но любые схемы шифрования рано или поздно взламываются, поэтому перманентно проблему приватности этим не решить.

Даже в отношении анонимности еще много недоработок. В рамках ряда исследований продемонстрированы ограничения, присущие в этом отношении Bitcoin. Более новые платформы наподобие Monero и Zcach теоретически предоставляют более надежные гарантии анонимности, но их практический анализ еще не проводился — не исключено, что у них имеются свои слабые места.

Возможные решения. Одно из самых простых решений — отправлять транзакции только тем участникам, кому вы готовы доверить соответствующие подробности. Но проблема приватности при этом сохраняется, поскольку сведения из транзакции могут попасть за пределы первоначальной группы участников; возможно также, что понадобится скрыть какие-то детали от одних участников, но предоставить другим.

В числе предложенных решений — проект Hawk, механизм на базе развитых средств криптографии, с помощью которого пользователи могут скрывать детали своих транзакций, но подтверждать для остальной части сети их действительность. Однако Hawk разработан специально для Ethereum, а что касается распределенных реестров в целом, вопрос гибкого обеспечения приватности в них без крупных затрат ресурсов остается открытым.

1. Масштабируемость: согласие всей сети?

Проблема. Пожалуй, самый большой минус полностью распределенных реестров — необходимость подтверждения действительности транзакций всеми узлами сети. В частности, распределенный реестр не масштабируется по пропускной способности. Другими словами, чем больше вычислительная мощность сети, тем хуже показатели пропускной способности и выше задержки. Из-за требования одобрения всеми участниками каждой транзакции, с ростом числа узлов увеличивается время ожидания. Одна из главных идей криптовалют, для которой введено это требование, — полная публичная верифицируемость: любой участник может самостоятельно проверить корректность работы системы, повторно воспроизведя все транзакции и получив удостоверения в отсутствии нарушений согласованных правил. Если только часть узлов удостоверяет части реестра, то полной верифицируемости не будет. Чтобы повысить пропускную способность и уменьшить задержку, нужен некий баланс, при котором нет полной репликации, но обеспечивается некоторая степень открытости и верифицируемости. Первое можно реализовать с помощью сегментирования — когда каждый участник обрабатывает транзакции только в пределах некоторого сегмента.

Возможные решения. Тема сегментирования пользуется большим вниманием исследователей и участников рынка — имеется ряд предложений в этой области. Например, в Corda участникам нужно достигать консенсуса только по транзакциям, имеющим к ним прямое отношение, а в Certificate Transparency вообще не требуется глобального консенсуса по содержанию реестра. Подобные подходы обеспечивают намного большую масштабируемость, но вызывают сомнения с точки зрения верифицируемости. К примеру, если только отдельные участники видят какие-то транзакции, то как другие могут быть уверены в том, что их транзакции подчиняются глобальному набору правил? А если такого набора правил нет, то можно ли обеспечить удовлетворение разумных требований целостности?

Как видно по перечисленной десятке проблем, ни одна из существующих платформ распределенных реестров не идеальна — каждая обеспечивает лишь определенный набор компромиссов, между которыми придется делать сбалансированный выбор в зависимости от конкретной задачи.

Сара Мейклджон ( s.meiklejohn@ucl.ac.uk ) — преподаватель, Университетский колледж Лондона.

Sarah Meiklejohn, Top Ten Obstacles along Distributed Ledgers’ Path to Adoption, IEEE Security & Privacy, July/August 2018, IEEE Computer Society. All rights reserved. Reprinted with permission.

Практический блокчейн

Технологии распределенных реестров в целом вошли в перечень ключевых инфраструктурных элементов цифровой экономики, и, хотя сегодня блокчейн скатился в «ущелье разочарования», основания для оптимизма при обсуждении перспектив распределенных реестров имеют

13.03.2019 Михаил Чеканов, Дмитрий Волков

• Ключевые слова / keywords:
• Блокчейн
• Blockchain
• Распределенные реестры
• Distributed Ledgers

Блокчейн не сводится лишь к технологии: распределенные реестры вполне могли повлиять на организацию взаимоотношений государства и граждан, ведение бизнес-процессов в альянсах корпораций и взаимодействие в условиях многосторонних сделок. Столь широкий охват, возможно, сыграл с блокчейном злую шутку, но тем не менее у технологии есть шансы выбраться из «ямы забвения» и выйти на «плато продуктивности».

Запутанность и непрозрачность корпоративных коммуникаций, армия посредников, фрагментарность организационных структур — все это затрудняет обмен информацией как между подразделениями отдельных компаний и предприятий, так и между департаментами государственных структур, ставя в конечном итоге под угрозу успех цифровой трансформации. Блокчейну пророчили роль прорывной технологии, способной и на корпоративном рынке, и в сфере государственного управления переформатировать информационные ландшафты, соз- дать принципиально новые бизнес-модели, устранить сложность управления и сократить издержки. Действительно, например, любые государственные реестры — это блокчейн, и, казалось бы, вот он ключ к повышению доверия населения к государственным институтам, средство против сложности управления, гарантия легитимности выборов, которые уже невозможно фальсифицировать. Однако завышенные ожидания от блокчейна сменились волной скептицизма и дальше деклараций дело не пошло — большинство блокчейн-проектов первого поколения так и не вышли из стадии пилотов, и тому есть много причин.

Проблемы

Среди наиболее актуальных проблем блокчейна можно отметить сложности при обеспечении конфиденциальности, в управлении доступом, интеграции в уже существующую инфраструктуру и в масштабировании решений.

Конфиденциальность. Распределенные реестры обеспечивают неизменность хранящихся в них данных, но не гарантируют их истинности [1]. В них нет баланса между конфиденциальностью и отслеживаемостью деятельности. Как следствие, анонимность участников блокчейн-сети разрушает традиционную систему борьбы с разного рода нелегальными активностями. В итоге даже самые либеральные юрисдикции стали массово вводить регуляторные меры против блокчейна, требующие прохождения максимально жесткой процедуры KYC (Know Your Customer). Если же говорить о B2B-рынке, то риски применения блокчейна настолько очевидны, что сами участники прежде всего хотят точно знать, с кем имеют дело.

Для надежного функционирования системы распределенного реестра необходима возможность достоверной аутентификации и авторизации его субъектов. Наиболее очевидным и логичным выглядит использование хорошо знакомой бизнесу инфраструктуры открытых ключей (PKI). В России, как и в большинстве развитых стран, действует жесткое нормативное регулирование работы сертифицированных государством удостоверяющих центров, выдающих сертификаты усиленной электронной подписи физическим и юридическим лицам. Подпись, выданная таким центром, признается наравне с обычной, но при этом если блокчейн-сеть оперирует с данными, защищаемыми национальным законодательством, то и криптографию для обеспечения юридической значимости документов и данных требуется использовать отечественную. Неоходимость обращения к удостоверяющим центрам закрывает возможность свободного, бесконтрольного подключения к сети, что означает деление всех сетей на публичные, доступ к которым не контролируется, и частные (закрытые).

Взять хотя бы процесс проведения сделки между поставщиком и покупателем на поставку партии товаров на определенных условиях. В сделке участвуют банки, логистические и транспортные операторы, страховщики и регуляторы. Финансирующий сделку банк должен иметь доступ только к той информации о транзакциях между покупателем и продавцом, которая необходима ему для выполнения обязательств и управления рисками. Логистическим и транспортным операторам достаточно данных об условиях поставки, соблюдении технических условий транспортировки и хранения грузов. Регуляторам — о соблюдении нормативных процедур (например, таможенного оформления грузов). Если принимается условие, что пользователи сети должны быть авторизованы и доступ к данным ограничен рамками бизнес-процессов, то блокчейн очищается от «шелухи» в виде криптовалют и майнинга, которые сразу же теряют смысл.

Криптовалюты были предложены с целью привлечь участников блокчейн-сети к обработке транзакций других пользователей, ведь субъект публичной сети вынужден обрабатывать и хранить данные, подавляющая часть которых ему не требуется. Но если каждый участник хранит и обрабатывает только данные, в которых он заинтересован, то это уже становится для него необходимой и достаточной мотивацией, чтобы расходовать ресурсы на их обработку. В рамках частного блокчейна всегда можно запрограммировать валюту с необходимыми свойствами, и в финансовой сфере имеется ряд проектов, использующих блокчейн в качестве транспорта для межбанковских расчетов, — например Ripple, WorldWire. Тем не менее на корпоративном рынке все свелось к интеграции реестра с автоматизированными банковскими системами, чтобы не создавать рисков для бизнеса.

Майнинг как механизм достижения консенсуса Proof of Work (PoW) [2] рассчитан на использование в публичных блокчейнах и изначально был предложен для решения проблемы, получившей название «атака Сивиллы» (ситуация, когда все доступные узлы одноранговой сети, теоретически представляющие разных получателей некоторого запроса, попадают под контроль одного пользователя), чтобы обеспечить корректное голосование анонимных (или псевдоанонимных) участников за счет их вычислительных мощностей. Однако все свелось к тому, что возможность конвертации дешевого электричества в криптовалюту привела к невиданной концентрации мощностей (hashrate) в руках единиц [www.blockchain.com/charts/hash-rate?timespan=all]. Проблема атаки Сивиллы отпадает, если участники блокчейн-сети авторизованы — достаточно лишь правильно подсчитать их голоса. Как следствие, можно использовать более эффективные с точки зрения затрат алгоритмы, поэтому для настройки частных сетей, как правило, используются вариации алгоритма Proof of Authority (PoA) в качестве замены PoW. Этот алгоритм не зависит от узлов, решающих произвольно сложные математические задачи, а использует множество доверенных узлов, которым разрешено создавать новые блоки и защищать блокчейн.

Управление. Отсутствие управления ролевым доступом к данным не способствует созданию доверительной распределенной среды. Для отслеживания, например, происхождения продукта в сложных цепочках поставок требуется защищенная от несанкционированного доступа инфраструктура метаданных, которой не только доверяют все стороны, но и которая адаптируется к меняющимся условиям и правилам. Данные о транзакциях в публичных блокчейнах по умолчанию общедоступны, что позволяет в любой момент проводить аудит транзакций каждому желающему. Но не все участники сети хотят, например, открыть конкурентам информацию о транзакциях компании. Поэтому необходимы механизмы управления доступом к данным, причем желательно с использованием ролевой модели. Другими словами, доступ к данным и аудит истории транзакций должны быть возможны только строго в границах полномочий конкретного участника, определяемых его ролью в сети или бизнес-процессе.

Интеграция. Наличие разнообразных протоколов обмена данными и стандартов криптографии становится камнем преткновения при реализации масштабных блокчейн-проектов, затрудняя или делая невозможной интеграцию различных блокчейн-сетей. Сегодня нет единых общепризнанных стандартов на инструменты и интерфейсы администрирования для распределенных реестров как на национальном, так и международном уровне. Вызывает сомнение и готовность блокчейн-платформ к эксплуатации в уже существующем корпоративном ИТ-ландшафте — их зрелость с точки зрения документации, качества и безопасности кода, наличия квалифицированной технической поддержки пока оставляет желать лучшего. Бизнес обычно привязан к конкретному технологическому стеку, включающему ОС, системное и связующее ПО, СУБД, а также прикладные решения. Каждый новый экземпляр в технологическом зоопарке увеличивает стоимость обслуживания, усложняет обеспечение требуемого уровня сервиса со стороны ИТ-провайдеров, поэтому вряд ли у нестандартных протоколов, не говоря уже об экзотических блокчейн-протоколах, есть хороший шанс обосноваться в корпоративном ландшафте. Определенные преимущес- тва получают соответствующие решения от ведущих ИТ-игроков вроде SAP, Oracle, IBM и HPE, включающих сегодня средства по работе с распределенными реестрами в портфель своих продуктов.

Масштабируемость. Производительность и конфигурация пилотного проекта, требуемого для получения инвестиций, обычно сильно отличаются от промышленного решения. Однако, например, в конфигурациях на основе Ethereum смарт-контракты выполняются всеми узлами сети, и в итоге производительность сети становится подобной производительности телефона начала прошлого века. Сеть перестает справляться с обработкой требуемого объема данных, что ведет к скачкам стоимости транзакций. Механизм саморегуляции работает, но не позволяет прогнозировать стоимость обработки данных, а это критично как для коммерческих, так и для государственных организаций. В первом поколении публичных блокчейн-сетей каждый участник, как правило, хранил данные о транзакциях всех участников сети, поэтому стоимость владения неконтролируемо прогрессировала по мере роста сети.

Целесообразность

Распределенный реестр обеспечивает контроль целостности данных, а также делает невозможными подмену или удаление транзакций либо их содержания задним числом, что гарантирует отсутствие разногласий между контрагентами относительно фактического статуса исполнения обязательств. Алгоритм исполнения смарт-контрактов — программ, функционирующих на базе распределенного реестра, — согласовывается участниками бизнес-процесса и исполняется узлами блокчейн-сети, это позволяет контролировать исполнение обязательств и опять же гарантировать отсутствие разногласий между участниками относительно результатов обработки данных.

Использование блокчейна целесообразно при необходимости осуществлять распределенный контроль активов и обязательств, статус которых динамически меняется в зависимости от наступления тех или иных условий, причем контроль состояния активов ведется самими конкурирующими субъектами, что в принципе исключает подтасовки. Такими субъектами могут быть как прямые соперники (например, банки, конкурирующие за управление активами клиентов), так и различные по сути своего бизнеса компании, участвующие в одной бизнес-цепочке. Другими словами, речь идет о концепции «токенизации» активов, где каждому активу сопоставляется «токен» — цифровой двойник актива в распределенном реестре. С техничес- кой точки зрения токен представляет собой уникальный идентификатор, который связан с набором различных атрибутов, определяющих текущее состояние актива или обязательства. Такая автоматизация взаимодействия между контрагентами минимизирует непроизводительные затраты, связанные с перемещением актива или защитой прав собственности. В любой системе такие затраты со временем увеличиваются, что в итоге приводит к снижению производительности труда и эффективности выполнения бизнес-процессов. Например, процедуры закупки в российских компаниях сопровождаются множеством дублирующих друг друга документов, которые необходимо собрать каждому участнику конкурса, а организатору — проверить и сопоставить между собой. Недоверие между участниками процесса приводит к возникновению издержек, которые в некоторых секторах экономики, например в логистике, становятся сопоставимы со стоимостью самих услуг. Решения на базе блокчейна позволяют минимизировать и издержки, и риски. Соответствующие пилотные проекты уже реализованы Московской биржей, Сбербанком и рядом других организаций. В торговле и промышленности ведутся проекты в области финансирования сделок, управления цепочками поставок и отслеживания продукции. Среди них проект «М.Видео» по факторингу [3]; проект «Газпром нефти», S7 Group и «Альфа-банка» по снабжению и логистике [4]; проект по семеноводству Минсельхоза.

Следует отметить, что автоматизация внешних взаимодействий с помощью распределенных реестров возможна только для компаний, достигших определенного уровня зрелости, — если нет цифровых процессов, то и блокчейн смысла не имеет. Интересным проектом, демонстрирующим преимущества применения именно блокчейна, является TradeLens — глобальная система управления контейнерными перевозками, инициированная компанией Maersk. Система автоматизирует обмен данными между всеми участниками процесса: грузоотправителями, грузополучателями, таможенными и портовыми службами, операторами контейнерных линий и судовладельцами. Результатом проекта стало сокращение на 40% времени транзита контейнеров и уменьшение на порядок количества операций, выполняемых вручную. Аналогичные проекты позволяют руководству предприятий получить точную картину происходящего на уровне взаимодействия с поставщиками, причем эта картина выглядит одинаково для всех участников блокчейн-сети. Как следствие, происходит минимизация рисков, повышается ответственность контрагентов, сокращаются затраты на документальное сопровождение и проверку данных и появляется возможность оптимизации уровней управления.

Вместе с тем, хотя многие организации и госкорпорации экспериментируют с блокчейном, большинство из них не заинтересованы в изменении модели регулирования своего сегмента рынка и на практике преследуют цель сохранения или даже усиления своего влияния на рынке вместо того, чтобы ограничиться согласованием правил игры и контроля за их исполнением. В технологическом контексте наличие единой точки управления в лице государственного органа лишает смысла применение децентрализованной архитектуры. Верно и обратное: децентрализованная архитектура позволяет минимизировать роль государства в регулировании рынка, переложив часть ответственности на бизнес. Теоретически это дает возможность сократить аппарат управления, а также снизить затраты на развертывание и эксплуатацию государственных информационных систем.

Итак, технологии распределенных реестров наиболее эффективны там, где высок уровень транзакционных издержек: в ретейле, страховании, финансах, логистике, риелторской деятельности, государственном управлении.

Архитектура

Архитектура распределенных систем включает несколько основных уровней.

ИТ-инфраструктура. Она формируется узлами участников блокчейн-сети с учетом особенностей существующих технологических платформ, в первую очередь учетных систем и систем обеспечения информационной безопасности предприятия. На этом уровне используется практически весь сущес- твующий сегодня технологический стек, но иногда требуются и специфические решения. Например, для высоконагруженных узлов может потребоваться использование специальных аппаратно-программных комплексов для криптографических преобразований.

Распределенный реестр и смарт-контракты. Инфраструктура обеспечивает функционирование распределенного реестра и смарт-контрактов: копия локального реестра хранится в СУБД, развернутой на узле участника блокчейн-сети, а смарт-контракты распределяются и выполняются в специальных контейнерах.

Каналы. Дистрибуция данных и смарт-контрактов между узлами может осуществляться в рамках каналов, ограничивающих распределение только между участниками отдельно взятой группы бизнес-процессов. Разграничение доступа к информации для организаций или компаний производится на уровне отдельных наборов данных.

Приложения. Взаимодействие с реестром и смарт-контрактами происходит либо через специальные приложения, которые могут быть реализованы в виде веб-сервиса, мобильного приложения или «толстого» клиента, либо через прикладные программные интерфейсы (API) для интеграции с учетными системами и АСУТП. Здесь кроется весьма важное преимущество распределенной системы перед централизованной — возможность создания новых сценариев взаимодействия между участниками блокчейн-сети, которые могут работать с данными наиболее удобным для себя образом: создавать свои приложения, интегрировать свою учетную систему, принимая во внимание специфику автоматизации внутренних процессов. Например, появление в реестре таможенной декларации может свидетельствовать об исполнении обязательств поставщиком и служить для финансовых и страховых организаций триггером, инициирующим автоматическое исполнение обязательств по связанным финансовым и страховым контрактам.

На рисунке представлена примерная типовая архитектура промышленного решения на базе технологий распределенного реестра.

Типовая архитектура промышленного решения на базе технологий распределенного реестра на примере проекта TradeLens

При разработке архитектуры блокчейн-сети, особенно для корпоративных применений, ключевым является выбор платформы. Сегодня на рынке представлены решения на базе HyperLedger Fabric, R3 Corda, BitCoin, Ethereum (Quorum и ответвления), а также множество более экзотических продуктов.

HyperLedger Fabric — наиболее зрелая универсальная платформа для создания сервисных блокчейн-решений, но, как следствие, она сложнее специализированных, таких как, например, Corda, применяемая в финансовой отрасли. Эта платформа позволяет использовать существующие программные компоненты и инфраструктуру удостоверяющих центров. Под зонтиком HyperLedger также разрабатывается ряд других платформ и инструментов: например, платформа Sawtooth c рядом интересных технологических возможностей и фреймворк Iroha — проект японской компании Suramitsu. Проект Sawtooth иници- ирован компанией Intel и позволяет на лету менять конфигурацию алгоритмов консенсуса, включая собственный протокол PoET (Proof of Elapsed Time), который завязан на инструкции процессоров этого производителя, что позволяет минимизировать затраты на подтверждение блоков. Iroha — более «легкий» фреймворк, обладающий инструментами поддержки работы с различными языками программирования. В России представлены также специализированные платформы: BitFury Exonum, R3 Corda, Quorum и «Мастерчейн».

Проекты

На рынке пока отсутствуют готовые «коробочные» решения и «лучшие практики», которые бы позволили правильно спроектировать блокчейн-решение, спланировать проект с учетом рисков. Поэтому корпоративные блокчейн-проекты выполняются сейчас итерациями по 6–9–12 месяцев, хотя сам процесс не отличается от внедрения любой информационной системы. Основной акцент следует сделать на предварительном бизнес-анализе: выбрать базовую группу бизнес-процессов, для которой применимы технологии распределенного реестра; инвентаризировать эти процессы, формализовать и расставить приоритеты с точки зрения целесообразности автоматизации по нескольким критериям. Среди них:

• Необходимость именно в распределенном хранении и обработке данных. Нужно убедиться в том, что задействованные в блокчейн-сети компании и организации имеют собственные уникальные данные, и оценить их ценность для других участников сети.
• Необходимость и возможность обеспечения целостности собираемых данных. Например, полное отслеживание ряда номенклатур пищевой продукции не имеет смысла в силу особенностей технологических процессов обработки, в рамках которых невозможно корректно проконтролировать и сопоставить партии продукции с исходным сырьем и компонентами.
• Наличие посредников, не создающих добавленной стоимости. Если в сети имеются организации, которые занимаются исключительно оформлением документов и выполнением формальных процедур, то, возможно, их можно заменить группировкой программных роботов.
• Готовность участников процесса к отказу от централизованной информационной системы. Такая система в ряде случаев дешевле и проще в развертывании.

Имеются также и более специфические критерии. Например, в ряде случаев определяющими могут быть требования по катастрофоустойчивости — распределенные решения здесь предпочтительны. Иногда критично применение доказательства с нулевым разглашением, когда можно запрограммировать смарт-контракт на использование данных, не передаваемых другим участникам, но позволяющий им убедиться в их достоверности.

Результатом этапа бизнес-анализа является модель автоматизируемых бизнес-процессов, которая оптимизируется исходя из возможностей технологии блокчейна. Основная сложность на этом этапе состоит в том, чтобы согласовать между всеми участниками сети бизнес-требования к целевому решению, поскольку отдельные субъекты нередко не могут договориться между собой, выдвигая взаимоисключающие требования; имеют разный уровень зрелости с точки зрения автоматизации внутренних процессов, качества предоставляемых данных и готовности к интеграции блокчейна с собственными учетными системами и АСУТП; обладают разными финансовыми возможностями.

Следующий этап блокчейн-проекта — прототипирование, которое позволяет проверить технологическую возможность реализации решения и убедиться в том, что результат его материализации соответствует ожиданиям участников блокчейн-сети. Здесь автоматизируется, как правило, только основной поток бизнес-процесса, используется ограниченный набор тестовых данных, отсутствует интеграция с информационными системами и приложениями участников. Результат этапа — выработка основных правил организации блокчейн-сети, фиксация продуктовых и технологических требований к решению, определение наиболее подходящей технологической платформы.

На этапе пилотирования проводится испытание решения в ограниченном круге участников, но работа идет уже с реальными данными и ключевыми информационными системами участников блокчейн-сети, хотя транзакции проводятся в «теневом» режиме — когда новый процесс функционирует параллельно замещаемому. Цель этапа — выявление проблемных мест как с точки зрения технологий, так и с точки зрения организации. В результате должна быть сформирована жизнеспособная модель управления блокчейн-сетью, создана модель взаимодействия с регуляторами и определен перечень необходимых организационно-технических мероприятий на стороне всех участников.

Следующий этап — создание промышленной версии и масштабирование решения. На практике для масштабирования, как правило, формируется консорциум из ключевых участников того или иного сегмента рынка.

В 2018 году во всем мире было подано 1250 заявок на патенты, так или иначе связанные с распределенными реестрами. От Alibaba поступило 90 заявок, от IBM — 89, от Mastercard — 80, от Bank of America и Народного банка Китая — 53 и 44 заявки соответственно. Похоже, пора прекратить разговоры про «хайп» и «яму забвения» и заняться продуктивным развитием технологий блокчейна, в частности стандартизацией и выработкой требований к полноценной блокчейн-платформе корпоративного уровня. Тем более что уже сейчас решение об использовании распределенного реестра все чаще принимают исходя из выгодности его применения, а не из-за «модности» технологии.

Сегодня основные проблемы блокчейн-проектов — организационные, и успех в первую очередь зависит от того, насколько инициатор проекта сможет сбалансировать интересы участников и убедить их в жизнеспособности предлагаемой модели организации бизнеса. Блокчейн — не панацея, а инструмент оптимизации бизнес-процессов, работающий лишь при условии их формализованности и, главное, готовности предприятия, компании или целых государств к изменениям.

Литература

Сара Мейклджон. Десять барьеров на пути распределенных реестров // Открытые системы.СУБД. — 2018. — № 3. — С. 32–35. URL: www.osp.ru/os/2018/03/13054407 (дата обращения: 18.03.2019).

Александр Соловьев. Блокчейн: подводные камни // Открытые системы.СУБД.— 2016. — № 4. — С. 20–21. URL: www.osp.ru/os/2016/04/13050987 (дата обращения: 19.03.2019).

Евгений Джамалов, Евгений Еськин. Блокчейн на деле: факторинг // Открытые системы.СУБД. — 2018. — № 1. — С. 30–31. URL: www.osp.ru/os/2018/01/13053939 (дата обращения: 21.03.2019).

Руслан Юсуфов, Елизавета Чаленко. Блокчейн в примерах // Открытые системы.СУБД. — 2019. — № 1. — С. 22–23. URL: (дата обращения: 30.03.2019. URL: https://www.osp.ru/os/2019/01/13054745/).

Михаил Чеканов ( m@kb-kontrakt.ru ) — управляющий партнер, КБ «Контракт», эксперт рабочей группы «Связь и ИТ» Экспертного совета при Правительстве РФ; Дмитрий Волков ( vlk@keldysh.ru ) — сотрудник, ИПМ им. М. В. Келдыша РАН (Москва). Статья подготовлена на основе материалов выступления на конференции « Технологии блокчейна 2019 ».